Category: литература

Category was added automatically. Read all entries about "литература".

АРХМ АВВАКУМ

УКРАИНСТВО ЭТО РЕЛИГИЯ И ЭСТЕТИКА



Помню, какое откровение-озарение я получил в требной комнате батюшки Василия Василенко, нашего старейшего священника Полтавщины, благочинного Кременчугского округа. Один раз он попросил ему помочь убрать. Раньше я, как то, не обращал внимания на его образа, завешенные тюлевыми гардинами. В советское время так было заведено – не очень иконы бросаются в глаза ретивым атеистам и, вот, они есть в наличии в доме! Итак, к делу… Я, убирая, стал выше на стул и, О, Господи! О, радость, о восторг, о удивление! У меня, как украинца, зрелище затронуло лучшие струны души, произвело взрыв радости в моем психо-эмоциональном комплексе. Там, на покуті, на иконах Господь и Матерь Божа в вышитых сорочках, в украинских одностроях, инкрустированные мереживом – красное с черным воротники, груди, рукава орнаментом украинским на предплечье и возле запястья искусно инкрустированы. Украинская народная икона!

РОССИЯ И УКРАИНА. СХОДСТВА И ОТЛИЧИЯ
Вот, один пример, вроде бы не из важных, но не заметный и недооцененный в общей его культурно-национальной значимости.
Кто из нас не ездил на поезде с севера на юг? С русского севера на украинский юг? И кто не замечал, как начинает меняться в этом путешествии пейзаж. Не природы, что не удивительно, а культуры. Украинский пейзаж не то, что красивей, это так. Юг всегда красивей, богаче и пышней севера. Он культурней, он окультурен. Посмотрите из окна вагона на украинское село и на русское. Которое лучшее? И в чем разница? Русское село голое, избы голые. Никому не придет в голову посадить дерево возле своей избы, а украинская хата всегда окружена всякого рода зеленой растительностью.
Это касается и храмов, святилищ народа: пышное украинское барокко пришедшее с запада в 17-18х веках, делает храмы Украины более сложными, орнаментально-нарядными, объемными. Первый вывод: украинцы эстетичней русских! Причем, на бытовом, на психологическом уровне.

ИВАН БУНИН О УКРАНИНЦАХ
В доказательство этого возьму на вооружение тяжелую артиллерию – русскую литературу. Приведу свидетельство русского писателя, причем первостатейного, читаемого и изучаемого - Ивана Бунина. В его повести «Суходол» крестьянская девушка Наталия, попадает из русской деревни на украинский хутор. Цитирую Ивана Бунина:

«Потом стала она понемногу приходить в себя и дивоваться на хутор Сошки, находить в них все больше прелести и несходства с русским Суходолом. Одна хата хохлацкая чего стоила ее. Белизна, ее гладкая, ровная, очеретянная крыша. Как богато казалось в этой хате внутреннее убранство по сравнению с неряшливым убожеством русских суходольских изб! Какие дорогие фольговые образа висели в углу ее, что за дивные бумажные цветы окружали их, как красиво пестрели полотенца-рушники, висевшие под ними! А узорчатая скатерть на столе! А ряды сизых горшков и макотрочек на полках возле печи! Но, удивительнее всего были хозяева. Чем они удивительны, она не совсем понимала, но чувствовала это отличие.

Никогда еще не видала Наташка таких опрятных, спокойных и ладных мужиков, как хозяин хаты Шарый. Был он невысок, голову имел клином, стриженую, в густом крепком серебре, усы, он только усы носил, тоже серебряные, узкие, татарские, лицо и шею черные от загара, в глубоких морщинах, но тоже каких-то ладных, определенных, нужных почему-то. Ходил он неловко, тяжелы были его сапоги, в сапоги заправлял порты из грубого беленого холста, в порты такую же рубаху, широкую под мышками, с отложным воротом. На ходу гнулся слегка. Но, ни эта манера, ни морщины, ни седины не старили его: не было ни усталости нашей, ни вялости в его лице; небольшие глаза глядели остро, тонко-насмешливо. Старика-серба, откуда-то заходившего однажды в Суходол с мальчиком, игравшим на скрипке, напомнил он Наташке.

А хохлушку Марину суходольцы прозвали Копьем. Стройна была эта высокая пятидесятилетняя женщина. Желтоватый загар ровно покрывал тонкую, не суходольскую кожу ее широкоскулого лица, грубоватого, но почти красивого своей прямотой и строгой живостью глаз, не то агатовых, не то янтарно-серых, менявшихся, как у кошки. Высоким тюрбаном лежал на ее голове большой черно-золотой, в красном горошке, платок; черная, короткая плахта, резко оттенявшая белизну сорочки, плотно облегала удлиненные бедра и голени. Обувалась она на босу ногу, в башмаки с подковками. И когда она порою пела за работой, сдвинув брови, сильным грудным голосом, песню об осаде неверными Почаева, о том, «Як зiйшла зоря вечорова, Та над Почаєвом стала», как сама Божья Матерь святой монастырь рятувала, в голосе ее было столько безнадежности, завывания, но вместе с тем столько величия, силы веры, грозы, что Наташка не спускала в жутком восторге глаз с нее».
Конечно, рассказ и впечатления деревенской девочки не Бог весть какой эстетический критерий и только ей могла показаться богатством фольговая икона и яркие бумажные цветы. Но, здесь важно, что она ощутила разницу между русским и украинским бытом, что эта разница ощущается вообще, наблюдателем любого культурного уровня. Украинцы – эстетичнее русских…

РУССКИЕ В ИСКУССТВЕ И ЛИТЕРАТУРЕ СИЛЬНЕЕ
В отношении всякого рода искусств, и особенно в литературе, поэзии русские могут соревноваться с кем угодно. Факт - в литературе, и искусстве русским нет равных! Нам, украинцам, братам незрящим гречкосіям не дано этого. Она, русская литература лидирует, занимает передовое положение даже в мире, на мировой арене. Толстой, Достоевский, Гоголь их произведения широко представлены в мире, так сказать, неустаревающим общечеловеческим и общегуманистическим трендом. Да, что уж там они? Он, кого, кого уж, а советского босяка Горького, и того ставят в НьюЙорке, его знаменитую: «На дне». Итак, видим и знаем - русская литература идет в авангарде передовой мировой мысли. Хотя, опять же таки, подпитывается украинскими силами, энергиями, талантами и умами. Это факт, в свою очередь, уже не очень приятный для россиян.

Но, эта русская эстетика – отвлеченное начало, как сказал об этом Владимир Соловьев. Она вне жизни существует, в достаточно абстрактном идейном поле и измерении. Можно так сказать: русский писатель был до сего времени выше украинского, но украинский мужик выше русского! У украинского человека вложена эта тяга к тому, что бы выбелить хату, размалевать печь, вышить, разукрасив узорами рушник, какую нибудь плахту, или разукрасить гончарное изделие. Одним словом в бытовой пластике по чувству красоты украинцу нет равных… Украинский простолюдин благообразней русского и что не маловажно, имеет свою, отличительную духовность. Украинская хата, с ее иконостасом на покути, где почти каждая икона убранная в рушник – это домашняя церковь, сакральная божница, даже в видимом выражении, уже не говоря о том, что на Украине посещаемость храмов за воскресным богослужением, даже сегодня, довольно таки высока. Причем, посещаемость храмов усиливается от востока к западу...
АРХМ АВВАКУМ

Только в меру своего страдания и благодарности каждый открывает истину…и понимает сказку |…

АРХМ АВВАКУМ

ДАНИИЛ. ВЕСТНИК ЦАРСТВА БОЖИЯ



Пророчество о Сыне Человеческом и сам термин - Царство Божие
впервые прозвучало не в Евангелиях и Новом Завете, как думаем мы, но именно у пророка Даниила.

Когда генерал Александра Македонского Антиох Епифан захватил Израиль и Иудею, то приказал евреям быть одним народом и одним царством. То есть греческим. Еврейская религия оказалась под запретом. У кого находили свитки Торы, то предавали казни. Сам Храм был осквернен в нем была установлена гигантская статуя Юпитера Олимпийского, а еврейские юноши в плющевых венках танцевали языческие танцы хороводы вокруг. Поругание святыни было немыслимое.

Тогда находящиеся в Иудее преданные вере, Закону Божию и обычаям отеческим бежали в горы, где составляли, поначалу разрозненные, робкие партизанские очаги сопротивления. Уныние было полнейшее. Выхода, казалось, никакого нет…

Но, вот однажды в тайных убежищах, где беглые писцы прятали свитки Библии, появилась новая книга. Она подоспела очень вовремя. Ее с жадностью читали, переписывали и пересказывали. Причину вызванного ею волнения нетрудно понять: она рассеивала мрак, давала надежду, заставляла учащенно стучать сердца верующих, в потухших глазах загоралась искра борьбы. Книга возвращала доверие к Промыслу Божию, действующему в земных событиях.

Книга носила имя Даниила, мудреца, жившего, по преданию, в годы
вавилонского плена. Часть ее была написана прямо от его лица, и поэтому естественно, что Даниила сочли автором книги. Лишь впоследствии это мнение стало оспариваться. Можно лишь с уверенностью сказать – книга пророка Даниила вдохновила освободительное восстание Маккавеев.

Исследователи Библии установили, что в окончательном виде книга появилась не в VI, а во II веке до н. э., в разгар Антиоховых гонений. Впрочем, ценность и значение ее не зависят от даты или авторства
Иудеи, а потом христиане приняли Книгу Даниила как Слово Божие, поставив ее в один ряд с боговдохновенными писаниями пророков и мудрецов Ветхого Завета.
Греческая и русская Библии помещают Книгу Даниила в раздел Пророков, но первоначально она была включена в сборник Писаний. Это было связано с тем, что к середине II века сборник Пророков считался завершенным. Кроме того, и стиль, и манера изложения в Книге Даниила существенно отличают ее от пророческой литературы.
Что же побудило автора назвать себя именем человека, жившего за триста лет до него?
Ответ на этот вопрос дает предыстория книги. Она не была вполне
оригинальным творением. Писатель положил в ее основу старые тексты и сказания, связаннее с именем Даниила, родиной которых были страны восточной диаспоры: Персия и Халдея... Прот Александр Мень о книге Даниила.

Богословы считают книгу пророка Даниила первым Апокалипсисом... лейтмотив пророчества – «Царство гонителя мучителя не устоит вечно, но определенная и окончательная погибель постигнет опустошителя» добавим... всякого гонителя, мучителя которые будут возникать на протяжении истории человечества.

МАГИЯ ЛИТЕРАТУРЫ

Это не более чем прекрасная духовная поэма. Ну, что тут сказать о Вавилоне Великом? Есть очень жгучие вопросы к происхождению книги Даниила. Почему она так поздно возникла(аж при Маккавеях) почему о ней, ее персонажах, ее чудесах, грандиозных событиях потрясавших устои основания царства и пророчествах молчит историк Плена Ездра? Живой свидетелеь и описатель Плена и возвращения? Как в рот воды набрал! Ни слова, ни полслова о Данииле и его друзьях. О них написала невидимая рука, неизвестного автора, подобно той страшной Руке, которая явилась в древнем Вавилоне во время пиршества Валтасара и написав приговор на стене определив судьбу царства и его царя.

Есть книги, которые проливают свет на великие страницы человеческого прошлого. Многие события человеческой истории, в том числе великие кровавые войны и битвы прошлого, канули в Лету, и нет о них памяти в смерти, по одной простой причине: о них ничего не было написано людьми писания, людьми пишущими, людьми литературы, книги, слова. И наоборот, многие фантасмагоричные события, которые невероятны, маловероятны, или их в принципе вовсе не было в истории, до сих пор вдохновляют, будоражат умы и помышления людей прошлого и настоящего, ибо о них было написано. И это касается не только книг Библии, но и эпической поэмы «Илиада» Гомера. Это говорит нам о великой важности Слова, Знака, Литеры, Писания и людей владеющих магией литературы.
АРХМ АВВАКУМ

КНИЖНЫЙ ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНВЕЕР



Один царь, умирая, оставил царевичу в наследство небольшое царство и огромную библиотеку. Молодой принц был человеком доброй воли, позитивного мышления и благородных устремлений. Он хотел мудро управлять своей страной и своим народом. Он видел, как мудро управлял его отец, и вот он поставил своей целью превзойти покойного родителя в сем деле. Для этого он решил изучить книги, которые находились в унаследованной библиотеке. Книги источник знаний, и так необходимой в связи с этим мудрости. Он вошел в библиотеку, осмотрелся вокруг, оглянулся и стал в раздумьи.

Пред ним была анфилада огромных залов, каждая из которых была уставлена многоярусными шкафами забитыми толстыми кожаными фолиантами. Прочитать за месяц, за год, даже за всю жизнь было все это невозможно. Принц был серьезно озадачен. Как быть?

Тогда царевич решил: посажу, ка я ученых писцов и пусть они из всех книг выберут мне самое главное - квинтэссенсию, я прочту, вооружусь знаниями ушедших поколений и буду мудро править моим народом. И вот заработали писцы. Проходили недели, месяцы, годы, появились сотни томов книг, уже составленных из выписок, а конца делу не предвиделось. Царевич опять был еще больше опечален опечален, даже близок к отчаянию. Что делать? Как поступить? Что предпринять? Как сжать мудрость вековечную?

В это время в город вошел пустынник монах. Он предстал пред молодым царем и сказал ему: «Мир тебе благородный царь!» «Мир и тебе путник! Я желаю тебе здоровья и всяческого процветания!» - Приветствовал старца в свою очередь молодой юноша царь. А пустынник продолжал: «Не утруждай ты своих писцов. Ты хочешь мудро править своим народом и своей страной. Это достойно восхищения. Только помни, всю мудрость жизни можно вместить на одной странице. Да что там странице. Ее можно изречь здесь одним кратким предложением: «Не делай другому того, чего не желаешь себе! Попробуй воплотить это в своей жизни и твое правление в родах, в потомках будет благословенным и полезным…»

Вот, величайшее вразумление!

МОРАЛЬ. ЗАКЛЮЧЕНИЕ…

Каждый год с мирового литературного конвеера сходят тысячи томов книг с самыми мудреными названиями. Теперь уже и цифруется для интернет библиотек. И никакой человек, даже самый образованный, не в состоянии прочесть и вместить все что в них написано. Мудрость коротка и ясна, мудрствование же многословно и бесполезно: Не делай другому того, чего не желаешь себе. В этом закон, пророки и Евангелие Царства. Нам простецам тоже полезно.

Часто бывает так, что у писателя, или философа имеется одна ключевая фраза, которую он опутывает, окутывает многими «водами» мыслеформ, набирающими объем, вес и размер книги.

Посему… Не обязательно читать все тома написанные библиеписателями, богословами и философами за все века, тысячелетия в их многочисленных трактатах и священных книгах помещенные в толстые тома, формирующиеся в огромные кубо-складо-метры макулатуры. Это мучительно, да и сегодня уже невозможно в принципе физически. Что бы узнать суть, дух, искру мысли философа, или богослова, его учения, достаточно уметь выделить у него всего лишь одну ключевую искристую фразу - «молнию».

Очень много содействует лаконичности стих, стихотворная форма выражения мысли. Можно сказать, что стихотворная форма, в своей сжатости, лаконизме и есть та «искра-молния»
АРХМ АВВАКУМ

НЕДОКОЛЫХАНА. ФЕМИНИЗМ. ВОЙНА ПОЛОВ



К разгадке тайн человеческого духа и души
Малоизвестный писатель классик 19 века Анатолий Свидницкий имеет в
своих наработках замечательную во всех смыслах повесть «Недоколыхана».
В ней высмеивается человеческая неугомонность, истеричность, спесь. И не только высмеивается, но и дается дельный совет, как противостоять истерикам прекрасной половины человечества.

Пойнт повести прост, и есть таков: жил был хуторской помещик и у него была очень стервозная жена. Как заходится кричать, как войдет в раж, то кричит, визжит, верещит, лящит, аж в ушах свистит, не остановишь ничем. Долго он мучился, как жить быть, век вековать с такой стервозно-пронозной бабой. Но, один старый сосед помещик, поляк, опытный в спесивых делах, дал дельный совет, как урезонивать жену. Причем очень, по его мнению, сильный и помогающий метод. Он духовнически опытно подметил: твоя жена так кричит, входя в раж, потому, что в детстве была, может быть определенно - «недоколыхана». Эксперимент лечения банально прост и должен быть устроен на именины, когда съедутся соседние помещики. Потребуется сила. Тогда эффект будет большой.

И вот наступившу дню потребну, «когда хозяин рождеству своему вечерю творяще», назвал гостей и его жена как следовало, было ожидать вместо приветливого приема гостей, взбеленившись, начала устраивать по дому дикие душераздирающие истерики. И так момент лечения начался. Старый помещик дал знак, мигнул-кивнул хозяину, дабы тот распорядился слугам своим делать наскоро большую колыбель в метр шестьдесят. Да, принесли дворовые девчата аршин пять полотна, рублем на качалке розправленного. Да, сделали большую соску из мягкого житного хлеба, завязанного в носовой платок.
Дан следующий знак, на отлов.

Стали молодые помещики соседские ловить вошедшую
в раж. Долго ловили по всех комнатах, она не давалась, кричала, верещала, пручалась, отбивалась. Руки им обкусала. В конце концов, кричащую жену поймали, туго в полотно запеленали, почти увязали и положили в ту колыску подвешенную под старым сволоком и начали гойдать, доколыхувать. Разгойдали так, что ноги аж до стелі доставали. Жена визжала неимоверно, так что лязг в ушах раздавался, чтобы успокоить, по мановению делового старого помещика-духовника, дали в рот большую хлебную соску. Рот закляпился и жена начала смачно сосать соску. А дворовые девчата стали тут дружно петь колыбельную и других народных песен, каких знали: «Ніч яка місячна».

Долго так колыхали аж пока под пение строптивица наконец совершенно не успокоилась.

И странно чудо, когда через час колыхания истерику, зло, спесь, раж как рукой сняло. Она встала на пол с колыски правой ногой, как святая, успокоенная. Исцелилась. Причем встала, начала приветливо улыбаться и к еще большему чуду стала, как ни в чем не бывало, служить гостям.

***
Тпеперь прейдем к современности. На фб ленте пашел интересное:

Страничка психолога. Описание конкретного случая:

Вопрос девушки: Я нравлюсь одному парню в универе, я активно с ним флиртую и старательно поддерживаю его надежды на нашу близость. В результате чего он делает мне курсовые, лабораторные, чинит компьютер и перемещает по моей просьбе тяжелые предметы. Это всё, конечно, хорошо, но мне этого не достаточно. Подскажите, пожалуйста, как мне получить абсолютную власть над человеком, подавить в нём личность и разрушить веру в себя? Ирина.

Ответ психолога: Ирина, из Вашего письма я поняла, что Вы по натуре лидер, а так же я поняла, что Вы та ещё паскуда. Попробуйте подумать обо всём утром, поэтому просто включите газ и ложитесь спать. Утро вечера мудренее.

Аввакум:
А, что сказать? Если посмотреть на наш человеческ мир, то воочию видишь, что идет неустанная война, одного против всех, и всех, против одного. Война полов, война политических систем, война партий, кланов, блоков, корпораций… список противостоящих, непримиримых воюющих можно развивая продлять до бесконечности. Есть мнение видных духовников, что человек драчлив, занозист и «заносист» от того, что его в детстве недогрели, недолюбили, недоколыхали(архм.Виктор Мамонтов) и следовательно, дабы уменьшить зло на земле, надо больше окружать любовью человека с детства. Современная мысль о человеке черпает разрешение своих загадок в новой культурной моде – у психологов. Психологи(Фрейд и его последователи) говорят о вообще природной, так сказать, прирожденной конфликтности человека. И не только человека, но и всего живого. Истина, где то посредине, между этими двумя, взаимоисключающими мнениями.

Конфликтность. Такова реальность, таков человек и есть... великая заслуга доктора Фройда, что он раскрыл истинную сучность(не сущноность а именно сучность) человека. Вот, кто был сильнейший духовник 20го века.

***

Свидницкий Анатолий Патрикеевич [1(13).9.1834, с. Маньковцы, ныне Барского района Винницкой области, — 18(30).7.1871, Киев], украинский писатель. Родился в семье священника. Учился в духовной семинарии и Киевском университете (не окончил). Печатался с 1860. Стихи С. отмечены влиянием народно-песенного творчества и поэзии Т. Г. Шевченко. Основные произведения — семейная хроника "Люборацкие" (1861—1862, опубликовано 1886, полностью — 1901), где реалистически отражены и подвергнуты критике жизнь духовенства, обучение и воспитание в духовных школах; "Люборацкие" положили начало жанру социального романа в украинской литературе. Писал также рассказы на русском языке. Соч.: Твори, Киiв, 1965; в рус. пер. — Избранное, М., 1956. Лит.: Герасименко В. Я., Анатолий Свидницький, Киiв, 1959; Сиваченко М. Е., Анатолiй Свидницький i зародження соцiaльного роману в украiньской лiтературi, Киiв, 1962
АРХМ АВВАКУМ

МЕНЬ. УБИЙСТВО СЫНОВ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ



Так случайно совпало, что убийство отца Александра Меня пришлось под праздник Усекновения. Случайно, а может быть и не случайно? Все это осталось в замысле сумевших укрыться, утаиться убийц. Сыны человеческие извечно будут ненавидеть сынов человеческих, извечно будут противоборствовать и убивать друг друга. Так есть.
Видный мыслитель и общественный деятель 19 века Герцен, при выходе в свою взрослую жизнь, был по обычаю благословлен отцом иконой. Но, какой?! Отец знал писательское настроение сына, знал что он будет будоражить сонное сознание Российского общества 19го века и таким образом, нарочито, благословил сына иконой Усекновения главы Иоанна Предтечи.
Отец Александр – служитель Слова, человек говорящий людям речь, прорекающий, пророчествующий в этом не совсем ясном смысле славянского слова, соименный древним и новым пророкам. А пророков, людей, говорящих речи другим людям, говорящих речи, будоражащие и пробуждающие сонное сознание, заставляющие мыслить, думать, волноваться, сомневаться, искать, как правило, зачастую убивали. Так случилось и с отцом Александром Менем.
Одна женщина рассказывает: «В начале 2000х зашла в один московский храм и спросила: «Есть ли у вас книга «Сын Человеческий» Александра Меня?» Молодая девушка, продавец в иконной лавке, как услыхала ненавистное ей имя, сразу устремилась на меня, словно раненый бык на торреадора – «Да вы что?! Как вы можете, как вы смеете спрашивать в святом храме такое?! Он же еретик, сатанист, безбожник…» Да. Отношение к убиенному в разных церковных кругах неоднозначное. Это, как раз и говорит о силе воздействия его книг, его слова.
Я никогда лично не был знаком с отцом Александром Менем. Однако, еще в молодости познакомился с его книгами. Первая из них «Сын человеческий» произвела на меня потрясающее впечатление. С первых же страниц, я почувствовал, это мое, мне близкое, понятное и даже знакомое моему духу… Что меня поразило в его книгах, так это всеохватное понимание Церкви, как общности народов всего мира, Церкви, не имеющей национальных границ, Церкви, не запертой поместно в круг национальной идентификации. И я внутренним своим чутьем ощутил – вот! это мой автор, это мое, его идеи мне близки, родные. И таким образом, через книги и его идеи, я вошел в круг друзей приснопамятного отца Александра Меня.
«Желание сберечь отечественное наследие будет нередко выливаться во вражду ко всему чужому. Истинным захотят считать только одно из земных воплощений христианства, то есть свое. Разрушая духовное соцветие церквей, вспыхнут распри, соперничества, расколы. Противоположная уравнительная тенденция приведет к попытке умалить или игнорировать неповторимую красоту каждого исторического облика Церкви. В действительности же вселенское христианство подобно горе, опоясанной лесами, кустарниками, лугами и ледниками, которые вместе составляют ее цельное одеяние. Нельзя ждать, что свет Евангелия будет преломляться одинаково. Проходя через толщу различных народов, он станет создавать все новые и новые ландшафты духовности» - о.Александр Мень.
АРХМ АВВАКУМ

КАЛНЫШ СВЯТОЙ, А БУЛЬБА ГРЕШЕН



13 ноября 2015 в Свято-Покровском архиерейском соборе в Запорожье состоялась канонизация атамана Запорожской Сечи, теперь уже святого праведного Петра Калнышевского. Итак, настало время поговорить о святых и не святых козаках запорожцах. Привлекая классиков и в частности Гоголя, так как сами запорожцы не оставили после себя летописей. Им было некогда писать свою историю, ну разве что письмо турецкому султану.

По исторической тематике с участием козаков запорожцев, кинематографом, и не только лишь национальным, но даже мировым «Вогнем и мечем», создаются кассовые, широко обговариваемые фильмы.

Не отстает и Церковь. В канонизации Петра Калнышевского усматривается дальнейшее нарастание противостояния политических и церковных амбиций России и Украины. Для нас украинцев Петр Калныш - герой, как яркий представитель козацкого эпоса и борьбы за свободу Украины. Для России же, особенно для ее императоров и императриц, Запорожская Сечь - тренировочный лагерь террористов-джихадистов, как по современному. Для Польши и Турции, тоже самое – осиное гнездо нестабильности и мятежей в регионе.

Наша Церковь(УПЦ МП), дабы не выпасть совершенно из общего политнационального потока современности в своей стране, принялась за канонизацию гетьмана Запорожской Сечи Петра Калнышевского, как всегда, с неким опозданием. Думалось долго. Я бы сказал, даже очень долго. Лучше семь раз подумать, а один раз отрезать. И это целевой, разумный и оправданный шаг.

Впервые Петр Калнышевский был канонизирован в 2008 году поместным собором Украинской православной церкви Киевского патриархата в связи с 1020-летием Крещения Руси: собор постановил отмечать память праведного Петра Многострадального - 14 / 1 октября, в день Покрова Пресвятой Богородицы, покровительницы казачества.

Позже был канонизирован Украинской православной церковью Московского патриархата. Священный синод УПЦ МП от 23 декабря 2014 года рассмотрел рапорт председателя Синодальной комиссии по канонизации святых архиепископа Херсонского и Таврического Иоанна, на основе чего благословил местное прославление и почитание в пределах Запорожской епархии последнего кошевого атамана Запорожской Сечи Петра Калнышевского. День памяти установлен 31 октября / 13 ноября в день его преставления.

Налицо взвинчивание политических канонизаций, как разновидность противостояния и расхождения в разные стороны некогда родственных народов. Россия в ряду политических канонизаций(как дипломатической войны) несомненно, не останется в долгу. Вот, уже слышны разговоры о воскрешении монархии, как сакрализации, освящения института власти. Мне кажется, Россия также продолжит ряд «сочисления» причисления к лику святых своих значительных исторических фигур. Недавно проводились вскрытия гробниц императоров и тело Петра1 Великого найдено нетленным... итак, ждем новых политических и национальных канонизаций.

ВСЕЛЕНСКОСТЬ ХРИСТИАНСТВА И НАЦИОНАЛЬНЫЕ КВАРТИРКИ
Церковь – Божия, а храм – дом Божий. Это так в идеале. Однако мир не идеален. Как по мне, то я бы всякую русскость, украинскость, сербскость, греческость и всяку прочую национальность вообще повыгнал бы из храма и постановил, что бы в храме Божием возносилось и поминалось лишь одно великое Имя, великого Бога, а не смертных человеков. Превозношение же своей национально-религиозной идентичности, этнофилетизм, есть тягчайший грех против мирового Вселенского Христианства, в котором: «уже нет ни эллина, ни иудея». Однако понимаю, что сие невозможно в принципе. Любому государству, державе, для политического выживания, нужны свои собственные боги, свои герои и свои непререкаемые авторитеты. И их(державы) можно понять, особенно в трудные для них часы.

«Бог есть всего лишь символ, в котором человечество обожествляет себя» говорил французский философ Эмиль Дюркгейм

Повторюсь… Епископ Тихон Шевкунов сообщил новость – тело императора Петра1 Великого найдено нетленным. Значит – гипотетически это мощи, и значит, открывается дальнейшая дорога для канонизации
http://pravoslavie.fm/news/episkop-tikhon-shevkunov-mogila-aleks/

А в тему для пространного размышления, кто такие Запорожцы, я прилагаю статью комментатора Радио Свобода Бориса Парамонова. Очень толковая статья и живой взгляд на природу казачества…

http://www.svoboda.org/content/article/378774.html

ОТЫСКАЛСЯ СЛЕД ТАРАСОВ
Опубликовано 19.02.2007 21:26

Известие о том, что на российском телевидении готовится сериал по «Тарасу Бульбе», вызвало смешанные чувства. Заявление предполагаемого автора сценария, сказавшего, что текст не будет «микширован», оптимизма не увеличило. Дело не только в неприкрытом антисемитизме классической повести. Политически некорректно — мягко выражаясь — будет звучать гоголевское непомерное восхваление так называемой русской веры, лучше которой на свете нет. Ведь в России живут не только православные, и не все даже этнически русские — православные. Не говоря уже о том, что никакой русской веры нет, что сводить религию к этнической принадлежности — тягчайший грех против христианства. Но есть еще один подводный камень — «порог», если держаться контекста Запорожской Сечи: герои Гоголя ни разу не именуются украинцами или даже малороссами — они у него русские. Как это будет звучать при нынешней государственной независимости Украины?

Сомнительно, что об этом не подумали и не помнили, приступая к проекту: помнили, конечно, но решили наплевать. И это не просто наплевательство, синонимичное невнимательности и разгильдяйству, а обдуманный политический вызов. Того же плана мероприятие, что поддержка Януковича во время бурных украинских событий. Может быть, и такая мысль была: коли Янукович всё-таки нынче премьер-министр, так еще раз его поддержать, мобилизовав литературную классику.

Политический и идеологический аспект вопроса совершенно ясен, и обсуждать его дальше нечего. Впору поговорить о самом Гоголе, о повести «Тарас Бульба». О месте его в творчестве Гоголя, о художественных его особенностях; даже о том, подходящий ли это материал именно для телевизионного сериала.

Первое, что бросается в глаза при чтении «Тараса Бульбы»: повесть предательски обнажает слабые стороны Гоголя — не только писателя, но и человека. Первый признак художественной неудачи — слишком открытая демонстрация персональных комплексов автора. То, что Чехов называл «слезоточением и автобиографией». Гоголь в «Тарасе Бульбе» предстает психопатологической личностью, как будто нарочито подтверждает то, что говорил Розанов о его мертвенности и жизнененавистничестве. Розанов глядел в такую глубину, которая выходит уже за пределы эстетики. Но в «Тарасе» сам Гоголь вышел за пределы эстетики. «Тарас Бульба» — неудача Гоголя, срыв гения, обнажение патологического подполья. В вещи нет художественной сублимации, Гоголь предстает в ней садистом.

Вот Тарас узнает об измене Андрия:
Тарас «почувствовал скорбь и заклялся сильно в душе против полячки, причаровавшей его сына. И выполнил бы он свою клятву: не поглядел бы на ее красоту, вытащил бы ее за густую, пышную косу, поволок бы ее за собою по всему полю, между всех козаков. Избились бы о землю, окровавившись и покрывшись пылью, ее чудные груди и плечи, блеском равные нетающим снегам, покрывающим горные вершины; разнес бы по частям он ее пышное, прекрасное тело».

СЕЧЬ и ЗАПОРОЖЦЫ КОЗАКИ у ГОГОЛЯ
О частном случае гоголевского человеконенавистничества — мизогинии, говорить специально даже не следует — настолько она бросается в глаза. Взять хотя бы пресловутую речь Тараса о товариществе, эту манифестацию подпольных влечений Гоголя, не менее ясную, чем даже его «Ночь на вилле». В новейшей русской литературе есть пародия этой речи — в романе Владимира Сорокина «День опричника»: та сцена, где опричники, расслабившись в баньке, устраивают так называемую «гусеницу». Сорокин расставил точки над i. Процитировать что-либо оттуда не позволяет моя природная стыдливость: «перо дрожит», как говорил тот же Гоголь.
«Все козаки, сколько их ни было, перецеловались между собою» — таких фраз в «Тарасе» пруд-пруди. Или: «Одни только обожатели женщин не могли найти здесь ничего, потому что даже в предместьи Сечи не смела показаться ни одна женщина».

А вот как Гоголь описывает красавицу: «...самое платье, облипавшее вокруг ее девственных и вместе мощных членов, дышало в мечтах его каким-то невыразимым сладострастием». Впечатление, что речь идет о здоровенном молодом запорожце. И когда Гоголь, говоря о женщине, употребляет слово «стан» («члены девического стана»), то кажется, что он говорит о половецком или опять же запорожском стане. Идеал запорожцев — «честная козацкая смерть — всем на одной постеле, как жених с невестой».
А сцена, в которой совсем еще молодой Андрий, до Запорожья, пробирается в комнату пресловутой полячки, а она его переодевает в женские одежды? Делает из него этакую, как сейчас говорят, «дрэг-куин». Остряки говорят, что даже самая первая фраза «Тараса Бульбы» (припомните ее сами) есть свидетельство тех же пристрастий.
По поводу «Тараса Бульбы» не раз говорили о Гомере, эти разговоры начал еще Белинский. В смысле дружбы Ахилла и Патрокла это действительно самая настоящая «Илиада».

ЗАПОРОЖСКАЯ РЕЗНЯ ИНОВЕРЦЕВ
О боевой практике запорожцев Гоголь в «Тарасе Бульбе» пишет так:
«И часто в тех местах, где менее всего могли ожидать их, они появлялись вдруг — и всё тогда прощалось с жизнью. Пожары охватывали деревни; скот и лошади, которые не угонялись за войском, были избиваемы тут же на месте. ... Избитые младенцы, обрезанные груди у женщин, содранная кожа с ног по колени у выпущенных на свободу, — словом, крупною монетою отплачивали козаки прежние долги».
Это мотивируется именно религиозно, как борьба за лучшую на свете русскую веру:
«Но, будь я поганый татарин, а не христианин, если мы выпустим хоть одного из города! Пусть их все передохнут, собаки, с голоду!»

То, что в осажденном Дубно тоже христиане, Гоголя, как и его запорожца Тараса, не трогает. Это не христиане, а «католические недоверки» или, того чище, евреи — «жиды», как их повсюду называет Гоголь. Иногда думается: а не есть ли намерение поставить «Тараса Бульбу» — всего лишь мотивированное классикой желание насладиться произнесением с экрана запретного слова?

ХУДОЖЕСТВЕН ВЫМЫСЕЛ или КЛИНИЧЕСКАЯ КАРТИНА
Наверняка и сейчас найдутся люди, которые скажут, что Тарас Бульба — это вроде как исторический роман, а Гоголь реалист и писал о реальном. Не входя пока в рассуждения о гоголевском реализме, скажем только, что Гоголь не просто описывает, а любуется и наслаждается, всячески оправдывает запорожцев в любой их деятельности и даже в безделье:
«Только побуждаемые сильною корыстию ... осмеливались жить и торговать в предместье, потому что запорожцы никогда не любили торговаться, а сколько рука вынула из кармана денег, столько и платили. Впрочем, участь этих корыстолюбивых торгашей была очень жалка. Они были похожи на тех, которые селились у подошвы Везувия, потому что как только у запорожцев не ставало денег, то удалые разбивали их лавочки и брали всегда даром».

Запорожцы у Гоголя — то, чем они скорее всего и были: некая смесь воровского общака и тренировочного лагеря нынешних джихадистов, борцов с неверными. Разница только та, что запорожцы, в отличие от правоверных мусульман, пьют «горелку», чем Гоголь особенно восхищается как свидетельством удалого размаха русской — а не украинской! — души.
Согласен: это реализм, причем как раз русский.

Но, тут вспоминается, что гоголевский реализм особого рода: он не социальную поверхность описывает, как считали в доисторические времена русской критики, а хтонические глубины русской жизни, ее архетипы. Это стало ясно как раз в революцию, когда выяснилось, что Чичиковы и Хлестаковы, Ноздревы и Маниловы — не характеры и не типы, а именно архетипы России. Тогда и Розанов признал, что Гоголь отнюдь не клевещет на Россию, а глядит в самую глубину. Бердяев сказал: русская революция — смесь маниловщины с ноздревщиной. Что касается Павла Ивановича Чичикова, то как раз в постсоветское время наступило самое его раздолье.

НЕУДАЧНАЯ ПОПЫТКА ЭПОСА
Беспечность, удалой размах и безответственность, которыми восхищается Гоголь в запорожцах, могут быть признаны архетипически русскими чертами, но восхищаться ими, после всех опытов, как-то и неприлично. Безусловно, «Тарас Бульба» — не исторический роман, это эпос, попытка эпоса, по крайней мере. Конечно, на многих страницах повести видна печать гоголевского гения, от некоторых фраз захватывает дух: «даром в поле пуля улетела». Конечно, эпический герой существует по ту сторону добра и зла, этика никак не свойственна эпосу. Термин «этика» происходит от слова «этос», и по-древнегречески это даже не нрав, а статуарная позиция, осанка. Об этом Шпенглер много написал. И осанка у гоголевских запорожцев, конечно, есть. Но ведь недаром сам же Гоголь неоднократно упоминает о давности описываемых событий, не забывает об исторической дистанции, как в одном уже процитированном месте. Но как раз дистанции и не должно быть в эпосе, его время — вечное настоящее, время мифа.

ВЗГЛЯД НА ПРИРОДУ МИФА, или СКЕЛЕТ В ШКАФУ
Попытавшись написать эпос, Гоголь изменил своему художественному дару, главное свойство которого комизм. Гоголь вне комизма почти не существует, почти перестает быть художником. Возьмем его шедевры, хотя бы «Невский проспект»: высокий строй речи Гоголь не держит долго, дает комическое снижение трагическим ситуациям, художник Пескарев сменяется поручиком Пироговым. В «Мертвых душах» гоголевская риторика — изюминка, а не самый пирог, например, в зачине главы шестой, с знаменитой концовкой: «О моя юность! О моя свежесть!» Ну и конечно, самый финал с Русью-тройкой, в которой, однако, едет Чичиков. Не нужно думать, что Гоголь сам этого не видел, что это Мережковский первым обнаружил. И ведь даже в «Мертвых душах» хотели видеть эпос, об этом писал Константин Аксаков. Но эпос не может быть комическим, тогда он становится пародийным, ироикомической поэмой, как «Торжество земледелия» Заболоцкого.
И теперь едва ли не главное о «Тарасе Бульбе»: в нем тоже присутствует могучее гоголевское комическое начало. Но где? В главе одиннадцатой, в которой описываются приключения Тараса в еврейском местечке. Вообще антисемитизм «Тараса» как бы и нужно, по авторскому замыслу, брать комически, но сейчас это уже, простите, не смешно.

Совсем нетрудно сказать, когда и у кого получился «Тарас Бульба»: у Бабеля в «Конармии». «Тараса Бульбу» правильно написать может только еврей.
Самое интересное, что из «Тараса Бульбы» можно сделать кино. Но, конечно, не телесериал, где главное — разговоры, речи персонажей, диалоги и монологи, которые действительно жанр не позволяет «микшировать». «Тарас Бульба» в сущности опера, так же, как «Саламбо» Флобера. А еще лучше сделать из него балет, то есть нечто совсем уж бессловесное, но не сценический балет, конечно, а кинобалет, то есть немой фильм. Не в старинном смысле немой, а по-нынешнему: яркий цветной фильм с хорошей, вагнеровского, что ли, типа музыкой. Эйзенштейн такой фильм мог бы сделать, да в сущности уже и делал: и «Александр Невский», и «Иван Грозный» — такого рода оперы-балеты, в которых самое ненужное — слово, высокопарные речения русских князей. В этих фильмах слушать можно только музыку Прокофьева. Сюиту «Александр Невский» до сих пор гоняют по американским классическим радиостанциям, вместе с текстом. Американцам хорошо: они слов не понимают.

Сделать-то можно, но Бортко не сделал.
А в таком случае надо бы спрятать куда-нибудь подальше «Тараса Бульбу». Есть в английском языке выражение «скелет в шкафу», означающее постыдную семейную тайну. Тарас Бульба — такая постыдная русская тайна. О ней нужно молчать, как большевики молчали о сифилисе Ленина.

Конец статьи Бориса Парамонова
АРХМ АВВАКУМ

ВЕРА ШКУРАТИХА ВЕДЬМА КРЮКОВСКАЯ


Фото. Вера Шкурат в первом ряду пятая слева, в самом центре

Есть, есть среди нас живые души!

Магизм у нас на Полтавщине, тесно переплетается с Церковностью, даже подвижнической набожностью. Ну, Полтавщина ведь, Гоголевская и этим все сказано!

Есть сильная картина, принадлежащая кажется кому то из художников передвижников, кажется Максимова: «Приход колдуна на крестьянскую свадьбу». Что то подобное случилось и с нами. Только пришел не колдун, а колдунья. И это был приход Верки Шкуратихи в церковный дом на Рождественский Святвечер. Она в Крюкове слыла за ведьму, что сводит и разводит пары. Как кому требуется. К ней шли доверчивые доверчивые женщины страдающие от несчастной любви, или наоборот нашедшие новых любовников и она делала, сводила, разводила, смотря по тому каков был заказ.

Раз в Рождественск вечерок... Мы с Татьяной Терентьевной, Галиной Ефимовной и кажется Ангелиной учительницей, своей завсегдашней компанией одиноких женщин и мужчин(я), все вымыли, вычистили, кушать наготовили, лампады посветили, ладаном покадили и сели отдохнуть, расплывясь в предпраздничном благодушии, предощущая святочную вкусную вечерю с пирожками, кутьей и маком. На небе густо вызвездило, ну, можно и приступать…

Когда слышим сильный, напористый стук в двери церковного дома! Хлипкие двери веранды аж ходуном ходят, трясутся, вот, вот вывихнутся. «Кто это? – Думаем мы, - не Володька ли Соколов, соседский урка, то и дело не выходящий из допра. Наверное он.» Терентиевна вышла на переговоры. Настроилась, что бы не открывать. Когда возвращается с глазами полными ужасаоткрывать. Я спрашиваю: «Что такое, Володька?» Терентиевна говорит: «Нет, отец Аввакум, еще хуже, к нам пришла ведьма - Верка Шкуратиха! И надо ж такому случиться, как раз в Святой вечер!» Ну, думаю, ведьме можно и открыть. Ничего страшного. Вышел, открыл и впустил. Я никогда не страдал от суеверий.
Заходит бабка, невысокого роста, с очень живыми, умными глазами, но с характером и постоянно мотающая головой, неврологическое, что то. Она принесла вечерю: вареный рис перетертый маком, груши узварные(обычная святочная вечеря) и все это деловито стала выкладывать на стол.
Мои женщины попримолкли и святвечер Верка Шкуратиха взяла в свои руки и очень умело повела в русле рассказов и воспоминаний.

Ведьмой она оказалась очень общительной. Меня заинтересовало, что она, как местная, коренная жительница Крюкова, очень много помнила из истории местного прихода и не только помнила, но, умела рассказать, передать. Вечер, несмотря на страхи Татьяны Терентьевны и ее женщин, выдался интересным и обстоятельным. Я много услышал нового и нужного для меня. Она, для взаимности, пригласила меня к себе в гости на ул. Художественную 3. Я пообещал посетить.

После ее ухода Терентиевна, как стала мне рассказывать, что это самая страшная женщина Крюкова. Да, не то что Крюкова, а всего Кременчуга и кременчугского района. Что, у Верки Шкуратихи в доме стоит труна, заготовленная на случай смерти впрок, что бы потом самой, когда случится помереть, лежать спокойно и отдыхать, а не бегать там по похоронным бюро заказывать. В ней она иногда укладывается и спит и не только спит, но, раз вызвала фотографа и тот ее сфотографировал, сам при этом немало перепугавшись.

Еще Терентиевна говорила, что у нее есть очень сильная, пресильная книга «Требник Петра Могилы», сильнее «Черной магии», по которой такие же сильные батюшки экзорцисты вычитывают разного рода болящих, переполошных и бесноватых. Она, Верка, открывает эту книгу приходящим, и заставляет пристально смотреть в нее и даже требует читать. Кто то там, в той загадочной книге, что то видит, а, кто то ничего не видит. А, есть некоторые крюковские наши люди, в экстатичном ужасе, кто осмеливался и взглянул в ту страшную мистическую книгу, видят там свое, начертанное им Провидением. Одни видят вместо страниц и букв зеркало и просто свое отражение в нем, и в ужасе отскакивают. А, кто то видит в той книге-зеркале не просто свое отражение, а, открывшееся Провидением прошлое, настоящее и грядущее. Лицезрят картины своей прошлой жизни, а кто видит и будущее. О! Страх, какой!

Меня любопытного от природы, с пытливыи умом, все эти ее рассказы страшно заинтриговали.

Один раз летом, я, набрался смелости, воодушевился, выбрал время и пошел к ней с визитом. Вхожу в сени, а они вымощены старым кровельным железом. Оно под ногами гремит, как гром, иду под этот гром, как к настоящей колдунье. Уже в сенях от того громыханья взял страх.

Вот, вхожу в самую хату, в светлицу, поздоровался. Оглядываюсь. Много вещей. Сразу же завязалась беседа. Смотрю, действительно под стеной стоит гроб. Необитый, накрытый сверху газетами и разными тряпками. Хата тоже подобающе обставлена. Смотрю далее, аж вот страх, на стене картина: Юдифь с отрубленной головой Олоферна, на столе стоит старое радио-тарелка, еще военных лет, черная на цвет с включателем вертушкой посредине, причем радиотарелка работающая. За разговором она показала мне фотографию, какая она была в молодости, запомнились высокие модные в те годы сапоги шнуровки.

Ну, и - главное! Показала тот свой заменитый «Требник Петра Могилы», по которому, как рассказывали крюковчане она чаровала. Я попробовал выторговать, но куда там, даже и слушать не хотела, а только говорила, что по своей смерти завещает в Почаев, что бы переслали. Взглянул и чуть разочаровался. Ничего «зеркального» я в нем не увидел. «Требник Петра Могилы» оказался книгой средних размеров, правда, очень толстый, тиснен мелким церковно-славянским шрифтом, позднего издания 1903го года издания, Киево-Печерской Лавры. Совсем не такой, как я себе его представлял. Я думал, что это, огромных размеров книга, отпечатанная такими же огромными славянскими буквами.

Показала также, сколько она имела из Почаевской Лавры квитанций, иконок, благодарностей, за пересылаемые туда пожертвования. По бедности она не могла туда посылать денежные пожертвования, но посылала много сушки из яблок и груш. Лавра всегда, к ее чести, отвечала на каждую такую посылку открыткой. Одну из них я себе для памяти перефотографировал. Где то есть.

Вышивала она также плащаницу Божией Матери. Одну из таких безыскусных вышивок подарила мне, я до сих пор храню. Как то призналась мне, переступив через свою гордость, или то бедность и одиночество уже допекли чрезмерно, что не получала ни одного рубля пенсии. Жила на подаяния, кто, что даст.

Умерла в морозную зиму 1987го. Заболела. Некому было ухаживать, печку топить, так и застыла в одиночестве свернувшись в клубок. Крысы, которые к тому времени во всю орудовали в хате обгрызли ей руки. Обмотали платками, сложили. Хоронил отец Богдан(Кецко). В той же самой необитой труне и похоронили.

И жизнь была страшная и кончина ужасная. Но, я думаю, что она вчинена в лике праведных и доля ее со святыми. Почему? Потому что она любила церковь и всегда при первом ударе колокола стояла в храме на богослужении. А, все уповающие на Него, вечно будут ликовать! Так есть…
АРХМ АВВАКУМ

СВЯЩЕННЫЕ ПИСАНИЯ ДОПОЛНЯЛИСЬ И ИСПРАВЛЯЛИСЬ В ВЕКАХ



Сегодня век пристальных изысканий и исследований. Ученые лингвисты и текстологи идут с увеличительным стеклом по древним текстами писаний народов мира. С литературного конвеера то и дело сходят и появляются на руках людей улучшенные, уточненные, уясненные переводы Священного Писания. И странно открытие, дивно слышание! Писание не монолитно. Ученые исследователи древних текстов нашли в них огромное множество дополнений, исправлений, вставок. Благодаря современным методам текстологии этого замолчать, скрыть в тайне уже никак нельзя. Эти книги и эта информация проникла уже даже в семинарские библиотеки.

Зная все это, мы уже сегодня с готовой долей скепсиса смотрим на фразу: «Кто добавит или убавит тому анафема», или: «И я также свидетельствую всякому слышащему слова пророчества книги сей: если кто приложит что к ним, на того наложит Бог язвы, о которых написано в книге сей; и если кто отнимет что от слов книги пророчества сего, у того отнимет Бог участие в книге жизни и в святом граде и в том, что написано в книге сей» (Откр. 22:18-19).

Мы видим сегодня, что Священные Писания народов мира – это живая ткань божественного и человеческого предания. Они сотканы из лоскутков мудрости, обрывков повествований, законоположений, историй, нравоучений, выстраивающихся в единый поток морального императива где очень трудно найти в них и систематизировать какую то целостность. Но, это для тех, кто хочет знать и понимать…

ПРИМЕР ИСТИННОГО МИРОЛЮБИЯ

В общемировой религиозной истории, в духовных исканиях человечества и в частности в Исламе была знаменитая женщина суфий, женщина богослов - Рабийя аль-Адабийя. Как то раз Хасан гостил у Рабийи. Утром, для молитвы, ему понадобился святой Коран. Он в спешке не захватил своего, полагая, что у Рабийи должен несомненно быть Коран в доме и этого довольно. Можно помолиться и так, попросив его у нее.

Рабийя дала ему свой. Он раскрыл его и(о, ужас святотатства!) был шокирован, потому что Рабийя сделала много пометок и исправлений в святом Коране! Для любого фанатичного религиозного человека, любого фундаменталиста, экстремиста, не может быть ничего более святотатственного, как подправки в божественной книге.

Мусульманин не представляет, как это можно исправлять Божье единственное послание, последнее послание. Бог ведь не собирается посылать еще одно улучшенное издание своего святого письма. Последнее, что он прислал, был святой Коран. Мусульмане говорят, что есть только один Бог, только один пророк — Мухаммед — и одно святое писание — Коран. А эта старая женщина, Рабийя, делает исправления — она(о, ужас!) даже убрала несколько строк полностью!
Хасан сказал: «Рабийя, кажется, кто-то испортил твою святую книгу». Рабийя смеясь ответила: «Никто не портил мою книгу. Я просто исправила ee».
Хасан сказал: «Не понимаю. Я всегда считал тебя великой, религиозной женщиной. Женщиной веры. Женщиной благочестия. Не могу представить себе, что ты способна сделать подобную вещь».

Она ответила: «Мне пришлось сделать это. Вот взгляни на то, что я оттуда вычеркнула!» Вычеркнутое предложение в Коране было таким: «Когда видишь дьявола, возненавидь его». И она вычеркнула это – несоответствующее миру.

Рабийя далее сказала: «С тех пор как я испытала и познала свою сокровенную сущность, у меня не осталось никакой ненависти. Ничто, в принципе, не может меня раздражать. Даже если дьявол встанет передо мной, мне нечего предложить ему, кроме любви. Посему я должна исправить Коран, это же моя книга; она должна соответствовать моему опыту! Мухаммед не обладает монополией. Я не потерплю в своей книге ничего такого, что противоречит моему собственному опыту богопознания! Аллах есть великий, милостивый и милосрдный Бог».

***

Прекрасный пример просветленного миролюбия, перекликающийся с Евангелием! «Истинно истинно говорю вам, как хотите что бы с вами поступали люди, так и вы поступайте с ними. В этом весь Закон и пророки».Евангелие.

Как это необходимо взять на вооружение нынешнему распаленному ненавистью, конфликтами и войнами миру.
Мы вступили в 21й век в безнадежном для мира состоянии. Человечество в том, прошлом грозовом 20м веке так и не нашло способов контролировать собственную агрессивность. Конфликты и войны неизбежны и приходят не спрашивая, помимо воли и желаний миллионов. Но, ты ищи просветленных. «Ищи друзей по сердцу своему», - говорил великий наш земляк философ Григорий Саввич Сковорода.

Лопнули как мыльный пузырь все утверждения политологов советской эпохи о безрелигиозном 21 веке. Этот век, едва начавшись, показывает всеми своими недобрыми прогнозами, что он будет веком войн и причем войн религиозных. Человеческие Миры непримиримы. Налицо конфликт цивилизаций, причем конфликт на религиозной основе, несущий за собой религиозный фон.

Литература тоже оружие, она может быть источником ненависти, ксенофобии, шовинизма. Причем это первичный источник, начало начал. Все начинается со слова. Бомбы, пушки, взрывчатка – это уже вторичное. Идеи вынашиваются сначала в умах, сердцах и ложатся на бумагу. Мы знаем, что самое взрывчатое вещество в мире – это мысли и вера.

Ежесуточно с литературного конвеера сходят тысячи томов книг, с самыми мудреными названиями и никакая политическая, религиозная сила в мире не способна остановить этот конвеер. Единственно, что мы можем противопоставить агрессивным идеям – идеи мира, доброй воли и согласия.

Призывы к ненависти, можно найти не только в Коране. Их можно найти также в Библии и Евангелии, смотря в каком контексте читать и толковать. Смотря, кто читает и объясняет: человек доброй или злой воли. Недаром сказано, что если злой человек проповедует правильное учение – в устах его оно становится ложным. И наоборот – если добрый человек проповедует ложное учение, в устах его оно становится истинным. В сих словах есть гранитная мысль.
АРХМ АВВАКУМ

ДЕД ЕРОФЕЙ И ЕГО СВЕТ



«Веруйте в свет, да будете сынами света" Евангелие Иоанна.12:36.

Мы, живые люди, находимся в постоянном в поиске смысла жизни. В поисках смыслов. Я проповедую не догматы каноны и законы, их уже мало держатся и сами законники, а то главное для души, и сокровенное для сердца, как вступить в контакт с собственным бытием, дабы выдерживать удары экзистенциальных волн, дабы стоически и достойно нести гнет бытия жизни в душной атмосфере земли. Знаем и видим, что поиск гармонии в этом мире бессмыслен, нам приходится созерцать лишь всеразрушающую ярость времени.

Свет солнечный, свет вообще – это отблеск, озарение, отражение света Божественного, нетварного, невечернего. Вот посему у него такое почти, что священное, я бы даже сказал мистическое свойство поднимать настроение, моделировать его от худшего к лучшему.

Мы всегда, в дни праздника Пасхи полнимся радостными весенними восклицаниями и поздравлениями: «Христос воскрес! Воистину воскрес!» И это прекрасно и возвышенно.

Дни Пасхи, когда в наших церковных богослужебных песнопениях, словах и проповедях мы много говорим о свете. И не удивительно. Свет хорош. Пока живо сознание в живых существах, все живое тянется к теплу и свету. Почему? Да потому что свет, моделирует наше настроение от худшего к лучшему. В тепле зарождается и поддерживается жизнь. И хотя сам момент Воскресения Христова от нас сокрыт тайной. Его никто не видел, воины стражи увидели уже только последствия: Ангела, отвален камень и тут – агиографы, гимнографы, писатели и поэты, этот момент в своих творениях словесно, так сказать, облачают, одевают в свет: мрачную пещеру озарило сияние, явился ангел светоносный, воинов сразил свет ярче солнечного, так что они не могли смотреть, ну и так далее… Можно не погрешая против истины сказать: Воскресение Христово – высочайший гимн свету!

Дабы отвлечься, от тяжелых дум проповедуем о победе жизни над смертью, строим в своей жизни далеко идущие планы. Однако, человек располагает, а Бог определяет.

Неумолимо, неостановимо приближается ОНО - неведомое и вечное, грозное и далекое, что мы именуем смертью. Старые люди часто повторяли раньше: «Треба збиратись в далеку дорогу».

У меня до сих пор в моей небольшой библиотечке хранится маленькая книжица, дореволюционного царского еще издания. Это Часослов. Иногда изредка я открываю его, смотрю на пожелтевшие его страницы и сколько воспоминаний всплывает в связи с Книгой. Принадлежал сей Часослов деду Ерофею, хуторскому доморощенному книжнику, который свято чтил писания. Все ходил с книгой подмышкой. Как говорили хуторяне, с книгой не расставался. Святыня книги. Знал церковно славянский язык. Ходил в соседнее село Андреевку и читал там на клиросе, был что то вроде псаломщика. Подарил моей бабушке Мотроне Часослов приговаривая: «Читай Мотре, читай! Во время чтения со страниц книги на человека сходит свет святый… читай неленостно, дабы озариться, просветиться…» А, бабушка Мотря, Господи, вот нелепость!, где там ей бедной малограмотной было читать, когда она с самого раннего утра и до поздего вечера на колхозном свинарнике поралась. Однако книгу она хранила, а в дни праздников открывала и просто листала, чувствуя святость написанного. И так аж до тех пор, аж пока Книга не попала в мои руки.

Дед Ерофей доживал свой век одиноким. Невестка раз в день сварит борща то и хорошо. А так по большому счету обходился сам, чем мог. Ходил на край хутора, в степь на поля, на свои духовные созерцания, встречать, молясь, восход или закат солнца. Там же и блаженная его кончина последовала. Сел на Пасху на соломе погреться на припеке теплого весеннего солнца, а было это на Пасху, так оттуда и шагнул в вечность.

Баба Ульяна, наша родственница, приходила в гости из соседнего хутора Луценкового шла утром и видит: дед сидит под скирдой соломы, весь залит озарен весенним теплым солнцем, сидит греется в лучах солнца. Вот, побыла она в гостях, проведала родных и знакомых, идет назад, а прошел уже целый световой день, клонится время к вечеру, смотрит, а дед Ерофей по прежнему, как сидел на соломе задумчиво, так и сидит. В том же самом положении. Она почуяла неладное. Озвалась к нему, но, не было ни гласа ни послушания. Она метнулась назад в хутор позвала людей и так обнаружили умершего. Так выйдя навстречу свету, дед Ерофей и встретил свой великий день Света. Хоронили всем хутором, творя по обряду молитвы.

Здесь всплывает мысль о системе наших людских ценностей, ценности любой неумолимо уходящей, ускользающей жизни. Как то однажды писателя Ивана Бунина спросили: какой человек достоин, дабы о нем написали. И он, задумавшись, сказал: «Всякий человек, когда либо живший на земле, мучившийся, страдавший, тосковавший, надеявшийся, радующийся, уже достоин того, что бы о нем было нечто написано!»

Встает вопрос, что чувствовал в те мгновения, залитый светом солнца, умирающий дедушка Ерофей? Какие мысли исчезающего сознания посещали его. Какие померкли последними? Какие озарились новой вспышкой сознания уже в инобытии? Как совершалось погружение сознания в рай, или в ад? Гадать здесь не приходится. Не знаем. Смерть стена и ее живым не пробить никакими усилиями ума.

Или отсутствие всяких ощущений и есть уже само по себе райское блаженство!? Бхактиведанта Свами Прабхупада, восточный мистик 20го века высказал прекрасную во всех отношениях мысль, которая живо, явственно перекликается со святыми отцами христианской Церкви. Вот она:
«Над чем ты сосредоточишь свое внимание в течении всей жизни –
там окажешься и по смерти!»